Иран последователен в своей позиции, поэтому отказ от переговоров с США в Пакистане вполне логичен, отметил в беседе с aif.ru политолог, заместитель директора Института истории и политики МПГУ Владимир Шаповалов.
Ранее стало известно, что Тегеран окончательно отказался от участия в переговорах с Вашингтоном в Пакистане, сочтя дальнейший диалог бесперспективным. На этом фоне была отменена поездка американского вице-президента Джей Ди Вэнса в Исламабад, а перспективы возобновления контактов остаются неопределёнными.
«Прежде всего необходимо подчеркнуть, что Иран последователен в своей позиции и изначально обозначал условием для продолжения переговоров отказ от агрессивных действий со стороны Соединённых Штатов, от актов войны, в том числе отказ от блокады иранского побережья американцами. В качестве причин для отказа от очередного раунда переговоров иранская сторона выставляет наличие блокады иранского побережья американцами, а также захват американцами иранского судна. То есть никакого противоречия здесь нет, есть твёрдая и последовательная позиция: вести переговоры, а не принимать ультиматум американской стороны», — сказал Шаповалов.
А вот со стороны Соединённых Штатов, отметил эксперт, чётко просматривается попытка напустить побольше информационного шума, ввести мир в заблуждение, представив миру наличие раскола в руководстве Ирана.
«Президент Трамп сначала утверждал, что иранцы обязательно будут участвовать в переговорах, что они уже там, что они готовы к переговорам. А потом, когда выяснилось, что переговоры не начались, в очередной своей информационной интервенции стал заявлять, будто причина в том, что в Иране есть некое противоречие: есть сторонники мира, есть сторонники войны. Всё это не соответствует действительности и является попытками американской стороны внести раскол в иранское руководство, представить миру наличие такого раскола, хотя его на самом деле не существует», — подытожил Шаповалов.
Как сообщалось, министерство финансов США расширило санкции в отношении Тегерана, включив в списки граждан этой страны, а также четыре компании из Ирана, ОАЭ и Турции.