Религиовед Роман Лункин прокомментировал aif.ru заявление министра войны США Пита Хегсета, назвавшего операцию против Ирана битвой «во имя Иисуса Христа».
Ранее американского чиновника за его слова раскритиковал папа Римский Лев XIV. В ходе проповеди в канун католической Пасхи он сказал, что стремление к военному господству не имеет ничего общего с учением Христа. Понтифик обозначил, что христианская миссия часто искажается именно из-за желания доминировать.
Как отметил Лункин, заявление Хегсета, как и многих других американских политиков — сторонников президента Трампа, органично вписывается в рамки протестантской социологии и общего американо-мессианского мировоззрения. Однако, акцентировал религовед, яркое высказывание Хегсета — игра на публику.
«Это не слова религиозного лидера, а министра войны, который должен вдохновлять своих солдат и генералов на битвы. Хегсет делает это, используя религиозную мотивацию, что принято в команде Трампа и в целом в рамках трампизма как элемента общемировой традиционалистской идеологии, противопоставляющей себя либеральным ценностям. По сути, это некий новый патриотизм в команде Трампа», — сказал Лункин.
Что касается христианского обоснования заявления Хегсета, то здесь ключевых мотивов два, обозначил эксперт.
«Во-первых, это борьба за Святую Землю. Здесь прослеживается прямая перекличка с крестоносцами и их мотивами. В данном случае речь идет о поддержке Израиля и как союзника, и как «держателя» Святой Земли на Ближнем Востоке. Во-вторых (и это характерно для консервативной христианской идеологии не только в Америке), — борьба за Иисуса Христа, за христианскую миссию против исламизма, символом которого выступает именно Иран», — сказал Лункин.
Всё это, констатировал эксперт, довольно органично вписывается в религиозно-политическую философию современной Америки.
Стоит отметить, что в комментариях на Хегсета обрушились с критикой за неуместные параллели, а также высмеяли его средневековую риторику.
Ранее президент США Дональд Трамп заявил, что у Ирана осталось двое суток, чтобы принять решение об открытии Ормузского пролива или о заключении сделки в Вашингтоном. Глава Белого дома отметил, что если договоренности достигнуты не будут, то по истечении этого времени «весь ад обрушится на них».